banner banner

Павел Фукс: Я зарабатываю 100-200 миллионов гривен в год

Дмитрий Спивак: Я сегодня в гостях у человека, вокруг которого много слухов, сплетен, мифов, чуть ли не легенд. Павел Фукс, бизнесмен, гражданин Украины.

Павел Фукс: Я зарабатываю 100-200 миллионов гривен в год
112ua.tv

Павел Фукс

Бизнесмен

Дмитрий Спивак: Я сегодня в гостях у человека, вокруг которого много слухов, сплетен, мифов, чуть ли не легенд. Павел Фукс, бизнесмен, гражданин Украины.

- 27 октября, 1971 год, Харьков – вы родились. Вы и сейчас харьковчанин, по сути?

-  Да, конечно, это моя родина.

- Вы закончили институт в 1994 году?

- Нет, я в 2012 году окончил институт архитектуры и строительства. Я заочно заканчивал.

- В молодом возрасте вы стали советником генерального директора совместного предприятия "Торговый дом "Интрада". И одновременно начали заниматься бизнесом.

- Да. Мне тогда было 23 года.

Новости по теме

- Потом семья, у вас пятеро детей.

- Да. У меня двое детей от первого брака: дочке 25,5 лет, сыну 20 лет. И трое детей от второго брака: сыновьям девять, шесть и три года. А сейчас у меня третий брак – там детей еще нет. Я женат ни разу не был. Сейчас я женат, и детей еще нет. Но внук у меня уже есть.  

- Старшая дочь ваша вышла замуж за богатого человека из Великобритании ливийского происхождения?

- По легенде рассказывали, что это нищий негодяй, который живет в Монако. Я выиграл суд по этой сплетне, связанной с моей дочерью. Выиграл у любимого издательского помойного агентства "Обозреватель" и хочу его обанкротить. Не заплатят мне денежки – буду банкротить его. Вранье написали. У меня сейчас еще порядка десяти исков, и по всем статьям, которые они писали, врут.  

- Ваши мальчики где живут?

- Старшие дети живут в Лондоне. Старший сын сейчас учится в Лос-Анджелесе в университете на втором курсе. Трое младших детей живут и учатся в Киеве здесь, со мной.  

- Ваше хобби – бокс и теннис. Картины тоже ваше хобби? У вас в офисе очень интересные и своеобразные картины.

- Я что-то покупаю, что-то мне дарят, мне это просто нравится – украинские художники. У нас очень талантливые художники. Просто это надо правильно пиарить, правильно показывать, тратить деньги на выставки, как крупные американские, английские художники раскачиваются. Это бизнес своеобразный.

- Боксом занимаетесь?

- Нет, в детстве. Сейчас нет.

- Но спортом же видно, что занимаетесь.

- Легким, все болит.

- В 1995 году вы становитесь советником председателя правления "Проминвестбанка" и одновременно вице-президентом внешэкономкорпорации. 

- Это банк кредитовал разные торговые операции. Я консультировал его.

- С 2000 года украинская часть вашей жизни заканчивается.

- С 1995-го, даже с 1993-го.  

- Написано, что начался ваш большой бизнес в Москве в 2000-м.

- Да, но до этого я занимался разными торговыми операциями, а строительством занялся в 2000 году.  

 - Вы открыли свой девелоперский бизнес в Москве - Mos City Group.

- Да, она была с 2006-го. Мы занимались проектами, а потом консолидировали активы и вкладывали это все в компанию Mos City Group. Построили два небоскреба.

- И к тому времени вы являлись миноритарным акционером спорткомплекса "Олимпийский".

- Да.   

- Начало 2000-х. А почему Москва?

- Меня товарищ позвал. Мне было 20 лет. Я прожил там два года, потом вернулся, потом снова уехал. Родителей мы уже не слушались, наоборот, родителям помогали. И на вокзале, кстати, ночевали.

- Как началась история с Mos City Group? Вам кто-то помогал?

- У меня был друг, уже покойный, Михаил Рудяк. Он мне помог. Он дружил, общался с Лужковым, многому меня научил. Он был моим другом и партнером. Это все создавалось очень долго. Сначала были мелкие проекты – строительство поселков на 20-100 домов. А потом я построил большой торговый центр в партнерстве, и были большие стартовые деньги. Он нам обошелся в 40 млн, а продали мы его за 160. Это были большие подъемные деньги. А 2003-й – это уже Mos City Group. Михаил Рудяк умер, и я уже дальше сам двигался.  

- А с кем вы лично из высокопоставленных чиновников того времени были знакомы?

- С Лужковым я не общался, а с Ресиным, постоянным замом Лужкова. Без него ничего не строилось. С Иосифом Орджоникидзе, еще одним замом, с которым мы потом подружились. Он отвечал за проект Mos City. Это очень справедливый человек, очень неординарный. Это была идея Лужкова и Орджоникидзе. Они взяли участок земли, снесли бараки, расселили людей, подвели туда все сети. Это было очень непросто – город потратил какие-то безумные деньги. Эти участки земли никто брать не хотел – все боялись. Это были первые большие здания в Москве. Одно здание стоило 500-700 млн. Банки не давали деньги, инвесторы боялись. Риск был большой.

- Правду говорят, что в вашем портфеле к 2009 году было 7 млн кв. м?

- Да, проектов. Мы до кризиса были очень крутые.

- А кризис больно по вам ударил?

- Очень.

- Не готовы были к этому?

- Нет. Рухнуло почти все. Но мне повезло, что я всегда боялся кредитов и у меня их было относительно мало. Я зашел в кризис, у меня было 650 млн долл. кредитов. До кризиса мне казалось, что продал один-два объекта, и вообще не проблема их погасить. А когда произошел кризис… до этого люди вкладывали деньги в недвижимость, и это было, как вода течет с крана. А потом ты подходишь к крану, а оттуда ничего не течет. Полностью все остановилось. Люди, у которых были длинные контракты, рассрочка, сказали, что платить больше не будут: или забирайте все обратно, или отдавайте деньги. Только единицы, очень порядочные люди соблюдали. Все остальные, пользуясь этим, стали бежать. Такого, как было в 2006-2008 годах, мне кажется, больше не будет никогда.

- Деньги были просто огромные? И вы можете об этом открыто говорить.

- А почему нет?

- Когда вы почувствовали, что вы богатый человек?

- Это очень относительно. Когда-то я мечтал, чтоб у меня было 10 000 руб. и машина. Мне было 15 лет. Когда у меня была машина и 40 000 в 16 лет и я зарабатывал 100 рублей в день, а мама получала 90 в месяц, то эта часть сбивается, и ты ставишь себе другие цели и задачи, куда-то тянешься. Главное – иметь таргет. Человек, у которого зарплата в 1000 долл., скажет себе, что если б он зарабатывал 5000, то был бы очень богатый. А когда он начнет зарабатывать 5000, то начнет тратить на 10 000. Ему будет казаться, что еще мало. Была такая история. Я приехал в Москву, и там открыли гостиницу со шведским столом, который стоил 55 долл. А я здоровый парень, все время хотел есть. Первый раз нас пригласили туда троих, и они все сбежались, смотрели, как мы по 8-9 раз подходили, брали со столов курей, мясо. Я понял, что на нас они будут в минусе. И я себе сказал, что когда я буду много зарабатывать, то буду приезжать сюда каждый день на обед.

- Когда началось большое строительство, большие деньги, это у вас был уже азарт бизнесмена?

- На пике я владел предприятиями, где было 11 тыс. человек. Я там был мажоритарный акционер. Это строители, банк, предприятия по производству удобрений.

- Это все Россия?

- В Грузии было большое предприятие.

- А это правда, что вы хотели сделать аналогично Москва-сити Киев-сити на Рыбальском острове?

- Да.

Новости по теме

- Это там, где "5-й канал", "Рошен"?

- Да, они мне все время мешали какие-то разрешительные документы получать. У них же там огромная территория, у Петра Алексеевича. Но тогда уже ударил кризис, и это уже никому не нужно было.

- "У него уникальная харизма. Он мгновенно влюбляет в себя людей" это вы сказали о президенте США Дональде Трампе после встречи с ним, когда вы хотели построить Трамп-тауэр в Москве.   

- Я хотел купить у него франшизу. Он же продавал франшизы, это же не его дома. Меня с ним познакомил еще один мой покойный друг Тимур Сапир, такой советский предприниматель. Он в Америке продавал видеотехнику, технику. У него был магазин и была такая фишка: он говорил, что все, что вы ни найдете в Америке, я вам продам на 20 дол. дешевле. К нему ходили все "русские", и у него были очень хорошие связи. Когда-то к нему пришел министр нефти и газа Татарстана. Сказал, что у дочери день рождения и он хочет купить видеокамеру. Стоила она 600 долл., а у него было только 200. Он сказал, что в течение двух-трех месяцев рассчитается, но сейчас хочу детям подарить. А Тимур – такой добрый грузинский еврей, говорит: да бери, дарю. И они начали дружить. Он ему говорит, как-то: у меня такая проблема – очень много нефти, и я не могу ее продать. Можешь ее продать? Он говорит: я поузнаю. Стал этим заниматься и заработал с ним за год 180 млн долл. Это еще до 1990 года. В Манхэттене он скупил много недвижимости, небоскребов, и на этой волне он подружился со всеми. За все в жизни надо платить. Что-то хорошее сделал – тебе Бог это отдаст. Что-то плохое сделал, так же за это будешь платить. Я ему говорю: я строить хочу. Он говорит: давай, пошли к Трампу, купим наклеечки. Он жил в одном доме с Трампом и привел меня к нему. Трамп – очень яркий человек. Сразу пошли к нему домой, там квартира – все в золоте. С Меланией я познакомился, когда она была беременная. У нее отца Виктором зовут. А мы приехали в гости к нему, в Майами, а его нет. Она открывает двери, беременная, а там мужик какой-то стоит. Говорит: Виктор. Он говорит: это мой отец. Мы сидели ждали его, он опоздал на полчаса. Он меня брал, показывал каким-то сенаторам: смотрите, вот русский. Я говорю: я украинец. Он: какая им разница? Какие-то бабушки со мной фотографировались.

- На чем не сошлись тогда?

- Это чисто деньги.

- Он тогда затребовал 20 млн за франшизу, а вы сказали, что это дорого.

- Да, я ему предложил 10, а он стал торговаться. Я предложил расплатиться в рассрочку, пока стройка идет, я в течение двух лет буду выплачивать. Он сказал, что подумает. А потом стало все хорошо продаваться, и я подумал, а зачем мне это нужно, дороже на 20 млн? Тогда это был обычный бизнесмен. И мне тогда говорили, что у него активов на 2 млрд, а мою кампанию оценивали в 4 млрд. Я думал: так он не богаче меня. "Deutsche Bank", "Goldman Sachs", у меня были такие оценщики. Я просто не успел: хотел на IPO осенью выходить, а летом уже стало все трещать.

- Пока он был президентом, была мысль попасть к нему, встретиться?

- Это смешно. Где я, и где он. Последняя наша встреча была в 2007-2008 годах. Может, он меня и не помнит. Есть такая проблема – у меня есть друзья, известные спортсмены. С ними идешь, подходят: помнишь, мы с тобой встречались. Когда ты какую-то знаменитость видишь – ты запоминаешь этот момент. А когда знаменитость видит простого человека – для них это все расплывается.

- В 2010 году вы становитесь мажоритарным акционером "Совкомбанка", и в 2016 году вы продали его за 85 млн долл.

- Больше. Это был последний платеж, по-моему. 

- А в Грузии вы что-то строили?

- Нет, я там владел "Руставским азотом", с 2010 по 2014-й, и футбольной командой "Динамо" Тбилиси с партнером.

- Отсюда у вас многолетняя дружба с Григорием Михайловичем Суркисом?

- Нет. Мы с моим партнером построили такую команду и такую инфраструктуру в Грузии, которую она не имела даже в советское время. Мы потратили около 40 млн долл., и построили детскую школу им. Дараселия. На открытие школы я привез Криштиану Роналду. Вечером мы встречаемся, он говорит, что едет. В три часа ночи мне звонят и говорят, что передумал. Он очень боялся ехать, думал, что это Чечня. Его уговорили через Ирину Шейк, с которой был знаком мой товарищ. Он прилетел и сказал, что будет только три часа. Но это грузинская тема, поэтому он был до самого вечера. Но он от меня не отходил – там же толпа, боялся. Он неглупый парень, но близко я же с ним не разговаривал. В 14 году я продал свою часть клуба и завода, разошелся с партнером.  

- Не жалеете?

- Спорт засасывает. До сих пор за ними слежу. Я с большим уважением отношусь к Саакашвили. Когда мне мой партнер рассказывал, что в Грузии нет коррупции, я смеялся. Но я увидел и был шокирован порядком, который он навел в Грузии.

- В 2014 году вы вернулись в Украину. Вы почетный гражданин Харькова, благотворитель, меценат, филармонию, храмы, памятник там открыли.   

- Я всю жизнь был с Харьковом – помогал всегда, когда меня просили, но никогда там не работал. У меня никогда не было там бизнеса.

- Два человека сыграли серьезную роль в вашем решении вернуться в Украину и начать открывать здесь бизнесы: Игорь Валерьевич Коломойский и ваш друг детства Геннадий Кернес. Что это была за встреча с Коломойским, когда он вам сказал: давай, приезжай.

- Это не встреча, просто мы часто по телефону разговаривали.

- 2014 год. Он губернатор. Все полыхает. Почему вы решили уехать из России и вернуться в Украину?

- Я попал в тяжелейший кризис, выходил из него очень долго. Это было для меня сложно и морально, и материально. Погасить все кредиты, рассчитаться по всем обязательствам. Когда я все основное очистил, я зашел в другие бизнесы: банковский, завод. Я решил все продать. Игорь Валерьевич сказал, что сейчас все упало, приезжай, будешь скупать, смотреть активы. Я стал приезжать, мне было интересно. Он на пике, один из главных героев, который Днепропетровск спас. Принял огромное участие в Харькове, когда Добкин хотел "ХНР". Гена тоже хотел, но Гену мы уговорили с Игорем Валерьевичем. Это, кстати, первый конфликт был Добкина с Кернесом. Гена же сам принимал решения, а тот, видно, кому-то наобещал чего-то, но Гена сказа: нет, такого не будет. И он выступил и сказал. Это была целая спецоперация.

- К тому, что Харьков тогда не запылал, приложили руку вы, Коломойский и Кернес?

- Я был "переводчиком", потому что я политикой не занимался. Мне звонил Коломойский и говорил: Ты скажи этому п.., х.., мы его повесим, мы его это, то. Пусть съезд не проводит с этим своим дебилом. Звоню Гене, а он говорит: да уже люди все приезжают. Начали мы разговаривать в полночь, а закончили в 6:15 утра. Я раз 30 звонил одному, этого уговаривал. Потом договорились, как он об этом объявит. Тот набрал Ткаченко: смотри, чтоб сейчас Кернесу задали вопрос – Украина или это? Кернес четко все сказал. Они говорят: все, к нему вопросов нет, разгоняйте всех оттуда.   

- А вы друзья или партнеры с Коломойским?

- Друзья и партнеры. Партнеры по "Укрнефтебурению". Но он там маленький акционер.

- Вы в 14 году обрубили все свои бизнесово-финансовые концы в России?

- В 15-м. Я последний раз был в Москве в 15 году.

- Вы ж там под санкциями с 18 года?

- Да.

- А вы только гражданин Украины?

- Да.

- Правда ли, что на рубеже 15-16 годов вы купили компанию у Ставицкого? И у вас с тех времен очень много газовых лицензий, и на этом вы сошлись с Коломойским?

- Я никогда и ничего не покупал у Ставицкого. И ни у каких других людей, которые имели отношение к власти. Какая может быть связь с людьми, которых называют. Что делала власть Януковича? Есть у человека хороший бизнес – на него начинали "наезжать". И говорили: теперь будешь с нами и 50% отдашь. На людей нападали, и люди жили какое-то время под их гнетом. А потом расправили плечи и выгнали их из бизнеса.

- Т.е. не соответствует действительности, что вы купили компанию у Ставицкого и у этой компании была масса лицензий на газовые месторождения?

- Конечно, вранье. Есть компании, которые я смотрю. И говорят, что это то Ставицкого, то Кононенко. Кого только не приплетают туда.

- А что это за история, что есть доклад Аль-Джазира, что вы купили кипрскую компанию с активами в 100 млн долл., и эти активы принадлежат семье Януковича. И что вы по заказу кого-то скупаете по миру активы Януковича и семьи.

- Это все ложь. Ни одного слова правды. Да, когда я приехал, я интересовался всем, что продается.

- А что означает фраза "стрессовые активы", которые вы скупаете?

- Это активы, которые находятся в судебных спорах, в конфликтах между акционерами. Есть кредиты, которые люди не возвращают, банки их продают по маленькой цене, и вот такое покупаешь. У меня большая юридическая структура, хорошая компания юристов, я умею судиться.

- А откуда тогда взялась информация Аль-Джазира?

- Я на рынке со всеми встречаюсь, со всеми разговариваю. Смотрю документы. Надо только один раз сказать: у меня Фукс покупает. В Украине это так работает: сказали одно слово и прилепили, приклеили.

- Т.е. у вас нет исконной задачи найти и скупить активы семьи Януковича?

- Мне плевать на это. Мне интересно только то, что я могу дешево купить и дорого продать. Если на актив, который я покупаю, нет санкций, то почему я не могу его покупать? Я проверяю всех бенефициаров, у которых я покупаю.  

- А что это за история в 2017 году, когда вас лишили визы в США? И вы узнали об этом, только прилетев туда.

- Я в тот год был там три раза – у меня там родился сын. Полетел четвертый раз, и меня лишили визы.

- С чем это связано?

- Связано с халатностью и с чьим-то заказом в ГПУ. Всю эту историю придумал мерзавец по фамилии Кулик. Этот негодяй пришел и попросил, письмо какое-то составил. Я сейчас этим занимаюсь.

- Именно г-н Кулик был инициатором дискредитации семьи Байдена. Это очень известная личность, которую Рябошапка уволил из прокуратуры, но есть лоббисты, которые пытаются его сегодня вернуть. Я убежден, что Кулик должен отвечать перед украинским судом за то, что он сотворил, выполняя определенные заказы, в том числе на бизнесменов, и не только на украинских. Именно он встречался с Джуллиани.

- Да, он подсунул какие-то документы, и их отправили в посольство. Но подписывал не он, подписывал другой человек. Но этот человек говорит, что тогда пачками приносили документы, и он подписал и отправил.

- А где пересекались вы и Кулик?

- Понятия не имею.

- На ваш взгляд, это был чей-то заказ, исполненный Куликом?

- Может быть, и так.

- А сейчас что у вас с визой, кстати?

- Ничего. Год назад сдал документы, сказали: подождите, разбираемся.

- Большой бизнес в Украине и в России – это разный бизнес? Оно по-разному устроено?

- Схоже. Но Украина это реально демократическое государство. Дикая разница.

- Это правда, что в России абсолютно жесткая управленческая вертикаль работает?

- Смотря какие вопросы. Вертикаль и исполнение каких-то команд на десять баллов по десятибалльной шкале.

- Вам сейчас приходится в Украине как-то перестраивать себя и свои методы работы, входить в новые реалии?

- Нет, мне комфортно.

- Господин Коломойский не простой партнер, а друг он какой?

- Друг – это его конек. Если он любит, то да. Если нет – нет. Ночью ему позвонишь, и он может самолеты поднять в воздух, корабли в море.  

- С кем из украинских олигархов вы еще знакомы?

- Со всеми.

- Это интересные люди?

- Конечно. Все разные, но интересны каждый по-своему.

- А вы бизнесмен или олигарх?

- Я бизнесмен.

- Вы сказали: "Мы с Кернесом никогда не работали вместе. Да, мы дружим 32 года, но только друзья. Он очень тяжелый партнер в бизнесе, а вот друг он очень сильный". Вы были всегда в тени, и многие о вас узнали только после истории с Кернесом. Вы были с ним в Германии до конца?

- Нет, физически я в Германии не был. Я был с ним на телефоне, на видеосвязи. Там же никого не пускали, только его гражданскую жену и сыновей?

- Он помогал вам входить в украинский бизнес, когда вы вернулись?

- Он знал всех.

- А с представителями власти он вас знакомил?

- С Порошенко? Так они его ненавидели, пинали. В конце только сгладили.

- Это же Кернес инициировал, чтобы вам присвоили звание почетного гражданина Харькова. И был целый скандал. Что это за история?

- Да ничего, нормальная история.

 - Сессия приняла. Вы памятник построили казаку, который основал Харьков.

- Это давно было, еще при Шумилкине. Тогда Церетели делал всюду памятники. Элита харьковская сказала: нам бы памятник Зураба Церетели. И я его уговорил. Он стоил несколько миллионов долларов. Памятник красивый, качественный.   

- А вы как-то помогаете с движениями, которые сейчас вокруг его состояния, наследия? Финансово, политически? Вы будете кого-то поддерживать на выборах мэра?

- Я один раз пришел на сессию, так устроили скандал: чего вы там сидели. А там же куча моих друзей.

- Почетный гражданин города имеет право присутствовать на сессии и даже выступить. Так что сейчас в Харькове?

- И. о. городского головы Терехов продолжает монотонно работать. Он вел все дела последнее время. Он был его первый зам.  

- Вы ему помогаете?

- Чем я могу ему помогать? Советами?

- Вы входите в группу влияния в Харькове? Можно сказать, что Павел Фукс – это человек, влияющий на многие процессы в Харькове?

- Они так говорят, но я не понимаю, на какие процессы я могу влиять.

- На финансовые, политические, уличные. Это сейчас активисты.

- Я не активист. С Тереховым я тоже дружу давно. Я, безусловно, хочу, чтобы Харьков продолжал дальше развиваться, и те проекты, которые начал Гена, чтобы Игорь их закончил. Преемственность важна. На похороны Гены пришло 110 тыс. человек. Люди купили цветы – все шли с цветами. Люди плакали.

- У вас есть свои СМИ в Харькове?

- Нет. К этому как притрагиваешься, становишься уже полуполитиком.

- Пару раз вы же помогали становлению разных политических партий.  В частности, партии, в которую входил ваш друг Геннадий Кернес, "Доверяй делам".

- А чем я помогал?

- Финансово.

- Нет. Какие-то идеи, отношения, связи, это же тоже очень важно.

- В феврале 19 года вы сказали "Украинской правде": "Я когда-то ходил к Юле за долгами Пинчука, Коломойского и Ахметова". Что это обозначает?

- В России есть такая компания "ТВЭЛ", которая производит тепловыделяющие элементы.

- Агрессор же, а 49% ядерного топлива мы продолжаем получать из РФ. Главное же телеканалы закрывать. Это единственное, что угрожает реформе нашей страны.

- И я на их предприятия поставлял уголь, металлы. У них передо мной были большие долги. А они говорили, что поставки пошли в Украину, а она не платит. Ты же, мол, хохол, езжай и получи с них эти деньги. И я полетел в Украину. Жил здесь восемь месяцев. В понедельник рано утром прилетал и вечером в пятницу улетал в Москву. А как их получить? В "Энергоатоме" сидели Мартыненко и Жвания, предприниматели. Это были страшные люди, мегамонстры в этом предприятии. Они сказали, что денег нет. А на счету деньги были. Они платили за запчасти каким-то фирмам. Я позвонил руководителю "ТВЭЛа", а он мне говорит: а ты звонил Тимошенко? Она была тогда вице-премьером. Он говорит: я разговаривал с Ющенко, он сказал, что ей скажет. Я говорю: звонил пять раз, но она не принимает. Дед мне говорит: сейчас она тебе позвонит. А это из России идет спецвагон с охраной, за ним следят из космоса. Блок останавливается на станции, из него выгружают отработанное топливо в спецвагон. Новое приходит, старое цепляется и отправляется на отработку. Т.е. они остановили блок, выгрузили все. А дед дает телеграмму остановить на границе рейс. И вот я в ресторане вечером ужинаю, и мне звонок от Тимошенко: да вы у меня будете сидеть, что вы устроили? Быстро ко мне приезжайте. Я приехал в Кабмин и говорю: груз не придет, пока вы не отдадите деньги. Она говорит: у меня нет денег. Я ей говорю: отдайте мне самых больших плательщиков: Ахметов, Коломойский, Пинчук, Григоришин. Она говорит: приходи утром. Я пришел, там все сидели за огромным столом, все министры, которые от меня прятались, начальник "Энергоатома". И тогда я с ними со всеми познакомился, и с Коломойским. Они мне платили, и я за шесть месяцев получил все деньги.

- "Энергоатом" за 20 год показал убыток в 6 млрд грн. Хотя 18 год они закончили с 4,5 млрд прибыли.

- Руководителей надо просто в тюрьму сажать.

- Вы знакомы с Зеленским?

- Да.

- Вы говорили про Зеленского: "Видел его несколько раз. Достаточно шапочно знаком. Лично никого не финансировал, ему не помогал". Когда у вас спросили, что он делает неправильно, вы сказали, что он неправильно подбирает команду. Команду управленцев вы имели в виду?

- Да. Но, безусловно, он прибавил, и у него появились серьезные люди в менеджменте.

- Вы можете их назвать?

- Нет. Это личное мнение.

- В правительстве?

- В правительстве, в Офисе. ОП – это обычный менеджмент. Там очень важны люди, которые принимают решения и не боятся за это ответственности. Очень важно, чтоб это были люди, которые доводят любое дело до конца. Я считаю, что такие люди там появились. Они должны следить за тем, чтобы правильно в жизнь воплощалось то, о чем говорит президент.

- Вы неплохо разбираетесь в газовом бизнесе. Вы можете объяснить, почему Украина, которая способна добывать собственный газ для того, чтобы обеспечить им своих граждан (это порядка 18 млрд куб. м), все время идет по ниспадающей?

- "Укргаздобыча" добывала 15 млрд. в среднем, а частные компании где-то 6 млрд.

- 15 млрд – это 16-17 года. А 20 год – 14 млрд. Хотя стояла задача выйти на добычу 20 млрд.

- Месторождения очень старые.

- Когда все старое, не модернизированное, и все эти долги, дыры выбиваются из карманов граждан Украины, не может быть ситуации, когда топ-менеджмент компании седьмой год неизменен.

- Я думаю, что за всю историю НАК "Нафтогаз" там самый сильный менеджмент сегодня. Я считаю, что там пропала коррупция, которая там была.

- А Госаудит говорит, что есть. Что 75 млрд "Нафтогаз" не доплатил в бюджет.

- Это не связано с коррупцией, на которой раньше зарабатывали: поставки с коэффициентом 10, 5, 8. Этого сегодня там нет.

- У вас есть сегодня бизнес-интересы в газовой сфере, поэтому вы их так защищаете?

- Нет, у меня нет с ними никаких отношений и связей.

- Вы сказали: "Если Украина начнет выстраивать свою политику в энергетике, то в ближайшие два-три года мы сможем полностью заместить импортный газ за счет частных инвестиций".

- Если пойдут сюда дешевые деньги, инвестиции – это очень важный вопрос. Президент должен договориться с тем, кто сюда пойдет и потратит большие деньги. В моем понимании это нужно делать в ручном режиме и на личных отношениях. Много в мире строится на личных отношениях: президентов, кампаний, менеджмента, который давно работает. Инвестор должен знать, что его не кинут. Люди просто боятся идти сюда. Я захожу в рискованный бизнес, а крупные инвесторы туда не заходят.

- Инвесторы не идут туда, где нет правил игр, туда, где страна находится на 117-м месте по уровню коррупции, где тлеет военный конфликт и открыта граница.

- Я считаю, основное – это граница и конфликт. Безусловно, большой объем газа добывает Украина сама, государственная компания. Но если к этому не подходить, как к бизнесу, то эта компания не сможет ни развиваться, ничего. Эти деньги, которые она зарабатывает, она же очень много реинвестирует. Хотели они за пять лет поднять газ, но у них дикое падение идет. Это объективно. У них все старое. Они держат баланс.

- Почему правительство Украины не может пойти наперекор определенным транснациональным организациям и поменять структуру управления НАК "Нафтогаз"?

- А что это даст? Есть себестоимость газа. Если будет принято волевое решение, что "Нафтогаз" не зарабатывает деньги, а продает по себестоимости, т.е. если забрать разницу между себестоимостью и тем, по чем продают, то есть продавать по 3000, а не по 7000, то из этой разницы часть (2000) реинвестируется в компанию, которая поддерживает этот объем газа, а вторая часть разницы – налоги в бюджет. Если бы я был политиком, как я их называю профессиональным болтуном, то я бы сказал, что да, президент должен им сказать. Но я вам разложил как бизнесмен.  

- А людям что делать?

- Вот вы говорите, что Добкин хочет мэром быть. Он политик, у него раздвоение, он не знает, Киева или Харькова мэром он хочет быть. Он политик, он профессионально умеет врать. А вот если бы вы у Терехова спросили, а он держит тарифы, но он знает все в деталях. А этот: да виноваты Зеленский, премьер-министр. А то, что люди потом зарплаты не получат, то, что не 14 млн добудут, а 10, это никого не интересует. А я человек аргументов.

- Вы говорите сами про себя: "Если ребенок что-то хочет, он должен это заработать. Я очень строгий отец, не думаю, что надо баловать детей подарками. Стараюсь объяснить своим, что деньги на деревьях не растут и папа их не печатает. Я готов дать детям самое лучшее образование, потому что, если твой отпрыск дурак, он все равно все потеряет, какую бы должность или бизнес ты ему ни дал". Вы такой строгий папа?

- Да.

- А почему? Вы же не бедный человек.

- Я знаю цену денег и знаю, как их тяжело зарабатывать. И хочу, чтобы и дети знали. Я хочу, чтоб они к ним относились с уважением.

- С мальчишками проще вам? Они вас понимают?

- В какой-то мере да.

- Вы рассказывали, что мечтали, чтоб у вас были машина, квартира, и когда у вас все это появилось, у вас появились новые изыскания. Вы не мечтали о политике?

- Там врут много, я этого не люблю.

- А сейчас планируете какое-то участие принимать? Кого-то финансировать, кому-то помогать?

- Нет. У меня нет тем, чтобы меня что-то интересовало. Я стараюсь поменьше с государством общаться. Для чего?

- Большой бизнес без участия государства в нашем государстве не происходит.

- Во всем мире есть лоббисты, которые лоббируют отраслевой бизнес, налоги. Я не вижу в этом необходимости.

- А кем вы видите своих детей?

- Я хочу, чтоб они были в Украине и занимались, кто чем захочет.

- А в ком-то из ваших сыновей есть бизнесовая жилка?

- Нет, пока не вижу. Мы росли в разных условиях. Сама природа жизни моих детей не такая, как у меня. Поэтому у них нет такого стремления.

- Сколько у вас охраны, Павел?

- Четыре человека.

- Вы себя как ощущаете в Украине? Вы спокойны за себя, за жизнь своей семьи?

- Да. Просто когда я приехал, 14-15-й год, были разные тут, бегали…

- Вы видите развитие собственного бизнеса в Украине?

- Только в Украине.

- Т.е. вы сюда приехали надолго?

- Да. Я хочу тут жить, работать, чтобы дети тут учились.

- Можно сказать, что Павел Фукс вернулся на родину?

- Можно, наверно.  

- Переходим к блицу.

Слово или договор?

- Наверно, договор.

- Вы жесткий руководитель?

- Нет.

- У вас есть карточные долги?

- Нет.

- Вам снятся кошмары?

- Нет.

- Вы любите лесть?

- В какой-то мягкой форме. Если она сильная, меня это раздражает.

Новости по теме

- "Динамо" или "Спартак"?

- "Динамо".

- Есть ли что-то, чего нельзя простить?

- Конечно, предательство.

- Вы пробовали марихуану?

- Да.

- Что сильнее власти?

- Власть. Власть самая сильная.

- Три качества, которые вы цените в людях?

- Слово - оно связано с порядочностью. Слово, порядочность, уважение.

- Какие три вещи вы взяли бы с собой на необитаемый остров?

- Телефон, чтоб только интернет работал. Я думаю, достаточно одной.

- Вы обладаете чувством юмора?

- Да.

- Сколько раз за сегодняшнюю нашу встречу вы сказали неправду?

- Неправду не говорил. Может, что-то не хотел говорить. Не так глубоко раскрывал, как мог.

- Это был Павел Фукс, бизнесмен, как он сам себя называет и просит не называть его олигархом. Человек очень интересной судьбы и разнообразных интересных взглядов. Спасибо вам огромное. Оставайтесь в Украине, развивайте отечественного производителя.

- У нас в стране огромный потенциал.

- Пора развивать этот потенциал, чтоб его почувствовали граждане нашей страны. В этом задача не только государственной власти, но и бизнеса.

- Согласен. Я плачу налоги каждый год, как компания и как физическое лицо. 100-200 млн грн зарабатываю в год и плачу с них налоги, плачу военный сбор, все делаю, как положено. Еще таких бы, как я, 1000 человек, и бюджет бы это почувствовал хорошо.

- Патриот – это тот, который работает в этой стране и платит налоги.    

- Вот пойди заплати налоги сам. А болтать все умеют.

- Спасибо вам, Павел. Удачи вам.

- Во всем нужна удача. И вам спасибо.

Источник: 112.ua

видео по теме

Новости партнеров

Loading...

Виджет партнеров